|
История моей жизни. Т. 2Манеры жеманные, голос до того сладкий, что речи не сразу понятны. При всем том был он исполнен вежества, любезен, церемонен, словно во времена Регентства. Мне говорили, что в молодости он любил женщин, а в старости предпочел избрать роль женщины для трех или четырех любимчиков, что состояли у него на службе и по очереди наслаждались высокой честью спать с ним. Герцог сей был губернатором Прованса. Всю спину ему изъел антонов огонь, и согласно законам природы он десять лет назад должен был скончаться, но Троншен посредством диеты продлил его жизнь, питал язвы, которые иначе отмерли бы и унесли с собой герцога. Вот что значит беречь жизнь. Я проводил Вольтера в спальню, где он переменил парик и шапку, что всегда носил, остерегаясь простуды. Я увидал на большом столе «Summa»[79] Фомы Аквинского и итальянских поэтов, и среди них «Secchia rapita»[80] Тассони. — Это, — сказал он, — единственная на всю Италию трагикомическая поэма. Тассони был монах, остроумец и весьма сведущий изобретательный пиит. — Пусть так, но не ученый, поскольку, осмеивая систему Коперника, утверждал, что она не объясняет ни лунные месяцы, ни затмения. — Где он сморозил подобную глупость? — В своих «Discorsi academici»[81]. — У меня нет их, но будут. Он записал название. — Но Тассони, — продолжал он, — совсем раскритиковал вашего Петрарку. — И тем опорочил и вкус свой, и творения, подобно Муратори. — А вот и он ...» | Код для вставки книги в блог HTML
phpBB
текст
|
|