Когда граница была на замке. Линия Зырянова. Страницы истории

Не тогда, когда я ушла вслед за комиссаром экспедиции глубоко под землю. И не от того, что я там увидела. Мне стало страшно, когда я узнала, что двадцать лет Аджимушкай был позорной страницей истории Великой Отечественной войны. Мне стало так страшно, что захотелось орать во всю глотку в густую темноту: "Люди! Кем надо быть, чтобы забыть такое? !" О-о-о-е... Но кричать здесь нельзя - могут обрушиться своды. Крыша может съехать. После того как побываешь здесь хотя бы раз с поисковиками, вопросы: "Зачем вы это делаете? " - отпадают. Жизнь, такая простая и ясная, падает с ног на пятую точку, и ты понимаешь, что это не они странные люди, чудаки, мамонты, а ты сам. И как теперь прикажете мне с этим жить? ! Знай я обо всем этом раньше, вся жизнь моя сложилась бы по-другому. Не я первая, не я последняя. Художник Бут после посещения каменоломен весь остаток жизни писал только их. Поэт Сельвинский, попавший в Аджимушкай в 43-м, написал знаменитое: Кто всхлипывает тут? Слеза мужская Здесь может прозвучать кощунством: Встать! Страна велит нам почести воздать Великим мертвецам Аджимушкая ...»