Кот и пес. Легкий хлеб. Как лиса волка судила

Бушин-змея… «Духовный пастырь» верен себе: это определение совершенно в русле его зоологической эстетики. Откройте хотя бы фантастический роман «Бодался теленок с дубом». Там чуть не на каждой странице он наделяет встречных и поперечных такими, например, эпитетами: кот… собака… сукин сын… лиса… волк… шакал… баран… осел… кабан… ревущий буйвол… и т.п. От млекопитающих — к рептилиям; это высшее достижение его эстетики: гад… широкочелюстной хамелеон… пьявистый змей… разъяренный скорпион на задних ножках и т.п. Мне еще повезло: я и не пьявистый, и не на задних ножках. И не мне высказал пастырь такое, например, пожелание отеческое: «Дышло тебе в глотку, окочурься, гад!» И вот эта змея, говорит, еще когда нападала на «Матренин двор». Как нападают змеи? Известно: подкрадутся и хвать зубами, а там яд смертоносный. В большой статье о первых опубликованных произведениях Солженицына, которая появилась в воронежском журнале «Подъем» № 5 за 1963 год, я, гадюка, так и поступил с Матреной. Смотрите: «Несмотря на тяготы судьбы, Матрена не растеряла многих прекрасных черт своей души и характера ...»