Сотворение мира за счет ограничения...

Придворные специалисты гадали и предполагали, что принц пишет буколическое стихотворение. И были правы. Сегодня он был одет в декоративную кольчугу тончайшей венецианской выработки, а в руке к тому же держал грозные боевые железные перчатки. Однако это отнюдь не означало, что принц пишет поэму в честь Марса, а наоборот, что он теперь свободно думает о войне, это, в частности, категорически запретил ему покойный Мануил специальным указом. — Правда, что о тебе рассказывают, будто тебя Сикидит… — без обиняков начал Андроник. Денис ответил утвердительно, а про себя улыбнулся. Скоро и о нем начнут слагать саги кифареды на перекрестках Византии. — Так в каком году ты жил, пока это мистическое чудовище не вытащило тебя в наше римское царство? Денис был готов к этому, он предполагал такие вопросы и заранее вычислил. В семь тысяч восемьсот девяностом году от Сотворения мира. Счета от Рождества Христова византиец просто бы не воспринял. Андроник представил себе массив времени и стал тереть ладонью голый затылок. — Ого! Восемьсот лет вперед! И он продолжал выспрашивать подробности великого эксперимента Сикидита, относясь к услышанному совершенно реально, не ища в этом колдовства или особой диавольщины ...»