Leon Cooper

Видел сегодня много раненных, включая четырех офицеров. Приказал более осторожно эвакуировать раненых, а также уничтожить все секретные документы, без которых мы хоть как-то можем обойтись. 9 февраля Генералы Жуков, Конев и Ватутин прислали эмиссара, русского подполковника, который приехал с водителем, переводчиком и горнистом к позициям оперативной группы Б, чтобы передать мне и Штеммерманну условия сдачи в плен. Его угостили шампанским и сигаретами, но ответа не дали. Ультиматум остался без ответа. Силы, предназначенные для прорыва, тают с каждым днем. Запрос из ОКХ о Леоне Дегрелле (Leon Degrelle), командире бригады Валлония. Это молодой человек, бельгиец. Я видел его несколько дней назад среди его людей. Они милые ребята, но очевидно слишком мягки для всего происходящего. Приближение деблокирующих сил затягивается из-за необходимой перегруппировки. Невзирая на это, армия настаивает на том, чтобы мы начинали прорыв 12 февраля. Как бы нам этого не хотелось, мы не сможем осуществить это в такой срок. В этой грязи пехота не может проходить больше тысячи ярдов в час. 10 февраля Старый командир моей дивизии по 1940 г. генерал фон Зейдлиц (von Seydlitz) [Прим. ред.: Взят в плен русскими в Сталинграде ...»