Идея суда присяжных в России: генезис, эволюция, законодательное воплощение (вторая половина XVIII в. - первая половина 60-х гг. XIX в.)

Как видите, требуется адекватно уточнить понятие светского не в классически-однозначном ключе, а как раз на органично-не-истовом стыке с собственно ю-родственным относительно рацио и самой манеры творчества, что я и раскрыл при рассмотрении платоновско-свято-филаретовской школы, а также непосредственно: при все-не-едином постижении феномена святых юродов на Руси, чему посвящён главный раздел моей последней книги "Россия — не для "нормальных". Здесь важно отметить, что святое юродство стало самой успешной реализацией того, что мы можем назвать интеллигентным проектом. Именно они наи-бол(ь)-ее не-а-суще выполняли позорищную! — миссию воспитателей и — не-просветителей русского народа, причём благодаря, как правило, не культуроносной книжности и учёности, а всему своему — маргинальному! — образцу: типу! — жизни с исповедническим акцентом на нравственные поступки (не слова!); с героическим доминированием аскезы, праведности — распятия! — в миру. Учёные монахи второй половины XVIII — первой половины XIX веков — по прямому наследованию — приняли свято-юродственную эстафету, придав ей системообразующий характер — без потери крестного: должно-сущего! — подвижничества, которое и Платон (Левшин), и святой Филарет определяли одинаково как "внешний крест", прекрасно отдавая себе отчёт и в смертельно-опасной составляющей их действительно православного и — интеллигентно: вызывающего! — поведения ...»