И-Цзин: древнекитайская "Книга Перемен"

Но фетишизация контркультурой «инструментария сознания» не может быть целиком списана на эзотерический консьюмеризм. Кроме того, беби-бумеры были лабораторными крысами информационной эпохи, первыми человеческими существами, приученными к телевидению, транзисторному радио и другим потребительским технологиям, которые хлынули на американское общество после Второй мировой войны. Даже когда они отвернулись от механистического Запада, они не смогли отказаться от права первородства детей техники. Итак, хотя фриковские духовные искатели и могли быть наивными в своей вере, что тантрический секс, мескалиновые трипы или йогические асаны могут вставить душу прямо в материнскую плату космоса, они отчетливо осознавали, что эти «технологии трансформации» катализируют мощные и потенциально исполненные смысла психодуховные переживания. Некоторые технологии духовной жизни даже предполагали извлечение информации, потому карты Таро и астрологические руководства лидировали в оккультных чартах. Возможно, самым изощренным из этих оракулов был «И-цзин», древнекитайская «Книга перемен», английский перевод которой вдохновлял юнгианцев и битников в 1950-е годы ...»