Бронеавтомобиль БА-3

Приняв это решение, Гитлер приступил к подготовке своей военной элиты. Три раза он собирал у себя ее представителей: 18 января — 3600 лейтенантов; 25 января — 217 генералов и адмиралов; 10 февраля — всех полковников. 10 февраля он говорил весьма выразительно: «Пусть вас не застанет врасплох то, как в будущие годы при любом подходящем случае будут достигаться немецкие цели, — и, пожалуйста, следуйте за мной с верой и доверием. Будьте убеждены в том, что я предварительно очень тщательно размышляю, раздумываю обо всем, но когда я объявляю решение — провести то или иное, — это решение не подлежит пересмотру, и я его осуществляю против любого сопротивления». Решено было покончить с остатками Чехословакии, что и было сделано 15 марта 1939 года. Что произошло — пожалуй, самым живописным и далеко не свойственным профессиональным дипломатам образом описал французский посол в Берлине Робер Кулондр в своем докладе в Париж, составленном 16 марта, т. е. практически сразу после событий. Я привожу его полностью, дабы реабилитировать жанр дипломатического донесения: оказывается, оно может быть увлекательным чтением: «Спустя шесть месяцев после заключения Мюнхенского соглашения и всего четыре месяца после Венского третейского решения Германия, обращаясь со своей собственной подписью и подписями своих партнеров как с чем-то несущественным, спровоцировала раздел Чехословакии, силой заняла Богемию и Моравию и присоединила эти две провинции к рейху. Со вчерашнего дня, т. е. с 15 марта, свастика развевается над Градчанами, куда на глазах у потрясенной и оцепеневшей публики въехал фюрер под охраной танков и бронеавтомобилей ...»