Кастрюля алюминиевая, 4,5 л

Так ложка обрела семью. Квартира оказалась полна ее родичами такого же простонародного происхождения - алюминиевыми вилками, алюминиевыми кастрюлями, алюминиевыми кружками У Верки жизнь ее забурлила. Старший сын отливал в ней свинцовые грузила для донок. В руках отца она была орудием кары, наносила красные метины на лбы дерзких отроков. А младший однажды, оставшись в квартире один, запустил ее в банку с вареньем, забыл вынуть, и она до лета простояла по горло в ягодной жиже, одурела от бражного духа и прониклась отвращением к этому пьянящему запаху. Она страдала от сивушного духа, и в последнее время все чаще, когда муж Верки, сварщик речного порта, придя домой к полуночи, хлебал ею остывший суп. Забыв о еде, подолгу держал перед ртом и говорил в нее, будто в микрофон: -PА хоть и пропил ваучер, так свой! Молчать! Кто в доме хозяин?! -PЧтоб вы там в порту все позагибались, - визжала Верка. - Вон на базаре на узбеков поглядеть любо-дорого. Трезвехоньки. А русские мужики с бу-тылкой родились. -PМолчать! Клевета! С восемьдесят шестого по восемьдесят девятый кто не пил? Даже пива? Потому что не совали на каждом углу ...»