Windows 8. Самоучитель Левина в цвете

На тревогу Левина смотрели просто как на блажь. В действительности душевное беспокойство, омрачавшее счастье Левина, было началом того великого кризиса в духовной жизни Т., который назревал в нем с самого раннего детства, принял вполне определенные очертания в психологии Нехлюдова и Оленина и только на время был усыплен полосою безоблачного семейного и всякого иного счастья. "Если бы", говорит он в своей "исповеди" об этом времени, "пришла волшебница и предложила мне исполнить мои желания, я бы не знал, что сказать". Ужас заключался в том, что, будучи в цвете сил и здоровья, он утратил всякую охоту наслаждаться достигнутым благополучием; ему стало "нечем жить", потому что он не мог себе уяснить цель и смысл жизни. В сфере материальных интересов он стал говорить себе: "ну, хорошо, у тебя будет 6000 десятин в Самарской губ. - 300 голов лошадей, а потом?"; в сфере литературной: "ну, хорошо, ты будешь славнее Гоголя, Пушкина, Шекспира, Мольера, всех писателей в мире, - ну и что ж!". Начиная думать о воспитании детей, он спрашивал себя: "зачем"; рассуждая "о том, как народ может достигнуть благосостояния", он "вдруг говорил себе: а мне что за дело?" В общем он "почувствовал, что то, на чем он стоял, подломилось, что того, чем он жил, уже нет" ...»