ТЭН для самовара, "восьмерка", алюминий

Действовали по-прежнему двумя самолетами: "восьмерка" и "девятка" оказались на редкость живучими. После бомбежки Прочноокопской переправы мы с Мишей сделали вдвоем десять боевых вылетов. Восьмое августа 1942 года. Стояла такая жарища, какой в то знойное лето еще не бывало. До брони штурмовика не дотронуться - словно раскаленная сковородка. Пока рулишь на старт, вода в системе охлаждения закипает, и мотор "самоварит" и "коптит". При взлете с бомбовой нагрузкой штурмовики еле отрывались на самой границе летного поля. Летали мы в легких комбинезонах, надетых поверх трусов: но и в таком одеянии даже при открытых форточках в полете чувствовали себя не лучше, чем в танке. Возвратившись с задания, рулили на стоянку к лесопосадке. Холобаев уже поджидал нас там, у водозаправщика. В руках держал шланг. - А ну-ка, хлопцы, раздевайтесь! Быстро! Мы сбрасывали комбинезоны, и командир, целясь в нас струей, приговаривал: - Подставляйте-ка головы! Спины! Животы!.. Приятно хлестала по телу упругая струя, снимая усталость и напряжение ...»