Развивающая игрушка "Забавный котенок"

Когда утро было солнечное,P блики от окон и балконной двери ложились слева направо на желтый натертый пол. Я присматривался к неподвижно лежащей на правом боку маме и старался определить, спит она или просто тихо лежит, закрыв глаза, может быть даже всю ночь, в тысячный раз переживая свое женское горе, убегая от которого, она вместе со мной и оказалась собственно здесь, в Москве. Шла весна 1924 года. Приехав из Ленинграда, мама и я довольно продолжительное время жили у Любови Сергеевны Коргановой, в то время, пожалуй, самой близкой маме по душе сестры и моей любимой те тки. Тетя Люба тогда жила еще со своим последним мужем Алексеем Дмитриевичем Очкиным. Детей у них не было; вероятно, это обстоятельство и, конечно, близость сестер явились причиной той искренней теплой любви и внимания, которыми меня окружили заботливые и ласковые хозяева. Я уже ранее рассказывал, что тетя Люба очень любила кошек, их всегда было у нее множество (в то время пять взрослых кошек и четыре трех-четырехмесячных прелестных, грациозных, очень забавных котенка) ...»