Мой первый словарь русского языка. Ударение и произношение

Вечером вPотеле, после обеда, Фредерик принес Нике испано-французский самоучитель иPпопросил мальчика выучить его за неделю («Пожалуйста, Ника, ведь нам очень скоро ехать вPИспанию!»). Тридцать семь лет спустя, вPноябре 1975-го, Ника говорил: «Испанский яPникогда не училP яPего моментально подхватил, начиная сPтого разговорника вPПариже. Двести новых слов иPвыражений ежедневно, вPтечение шести днейP запоминать, понимать произносить, употреблять. ЯPдумаю, что вPэтих 1200 словах разрешилось жуткое напряжение той прогулкиP от паперти Ильи Обыденского до купе дяди Фредерика. Оттого, наверное, испанский на всю жизнь остался моим первым после русского языком. Английский стал вторым, но уже по жизненной необходимости, аPне по судьбе. Оттого, вероятно, так получилось, что яPпервый раз признался вPлюбви именно на испанском (впрочем, иPво второйP тоже). Он уPменяP для выведения наружу чувства, так сказать. На русском остается одноP свободно рефлексировать. Глава восьмая: Четверо за столом «Итак,P начал дядя Фредерик,P мы ничего не значим, потому что ничем не можем управлять» ...»