Моя волшебная фотокамера. Профессии

Едва ли кто-то потерпел бы, чтобы на эту территорию проникла радикальная рефлексия в том числе и мно]гие из тех, кто считает себя просветителями. Танец вокруг золотого тельца идентичности это последнее и величайшее упоение анти-просвещения. «Идентичность» так звучит волшебное заклинание отчасти тайного, отчасти открытого консерватизма; личная идентич]ность, профессиональная идентичность, национальная идентичность, политическая идентичность, женская идентичность, мужская иден]тичность, классовая идентичность, партийная идентичность и т. п. вот что написано на его знаменах. Одного перечисления этих суще]ственных требований идентичности уже, в принципе, было бы доста]точно, чтобы проиллюстрировать множественный и изменчивый ха]рактер того, что называют идентичностью. Но никакой речи об иден]тичности и не зашло, если бы дело не касалось устойчивой формы Я. Формирование внутреннего мира охватывает Я как носителя этического, эротического, эстетического и политического; в этих че]тырех измерениях мне, поначалу без всякого на то «моего» согласия, дается все, что я познаю как Мое: нормы поведения, профессио]нальная мораль, формы сексуального поведения, чувственно-эмоциональные способы познания, классовая «идентичность», по]литические интересы ...»