Книга для записей "Офисный стиль. Часы", А5

Пусть попробует пожить без вас, без этих забот, мелочей, которых он не замечает... Так я как бы получила благословение на то, что родилось уже во мне самой, а теперь, после слов Всеволода Дмитриевича, укрепилось. Отец Всеволод спросил, есть ли у меня где жить, и, услышав, что жить всегда могу у сестры (я имела в виду Веронику), но не смогу там работать, что для меня сейчас главное, обещал постараться найти для меня комнату. Я попросила сделать это, если возможно, до 5 сентября, когда я должна покинуть "Сеславино" накануне возвращения туда мужа. Позвонила маме в Рязань. Она записала: "В четыре часа позвонила Натусик. И что-то мне стало так грустно... Показался голос Натуси грустным. Представила, что она в "Сеславине" в одиночестве, вспомнила тяжелое 5 августа, и все... сжалось внутри... Наташенька там, я - здесь, Саня - в третьем месте. Но ему лучше всех. Ему никто не нужен. Нужен только роман". Мама, увы, заблуждалась относительно зятя, как и я... Она имела в виду лишь тот роман, который писался... Вечером я посетила Теушей ...»