Лента упаковочная "Scotch", малошумная, коричневая, 50 мм x 66 м

Встав на пол, она перевернула лист настольного календаря. — Тринадцатое июня. — Счастливое число! Пошли в загс. День был веселый, солнечный. Загс расположился на Петровке. От нашего Богословского переулка было рукой подать. Мы неторопливо дошагали неполный квартал. Еще неторопливей взбирались на пятый этаж. — Уф!.. Явно было не предусмотрено, что попадаются и такие невесты, которым перед свадьбой надо передыхать на каждой площадке лестничного марша. — Загс! — Прошу, мадам. И я с шиком ресторанного швейцара распахнул обшарпанную дверь. Вошли. До 1917 года это помещение, несомненно, было доброй половиной порядочного коридора в буржуазной квартире. Фанерная перегородка, выкрашенная, как железная крыша, в зеленый цвет, пыталась превратить бывший коридор в служебный кабинет. За пишущей машинкой почему-то сидела не машинистка, а машинист, то есть мужчина, с седой бородкой клинышком и в пенсне на черной ленте, свисавшей на старенький коричневый френч со следами от узких погон земгорского образца. Этот советский служащий сразу несколько удивил нас ...»