Минин и Пожарский

Иванка взглянул на них поближе и узнал молодого стрельца Павлика Тетерю. – Я тебя видел во Пскове недели нет! – удивился Иванка. – И я тебя видел с угольной рожей, да, вишь, не выдал! – ответил стрелец. – Послали еще нас, новую сотню, тебя ловить, да, сказывают, еще сотни две посылать хотят. До того, мол, уж дерзок! Извести все ватажки вышел указ… – Вы нас пустите с миром, – просто сказал старший стрелец. – Мы вам зла не хотим. Иванка спросил Максима, как с ними быть. – На что тебе их? Пусти. Не дворяне. Время придет, и встанут с народом опять, – отозвался Максим. Стрельцы поклонились ему. – А что, робята, пойдете ли с нами к весне? – спросил Иванка. – К весне не встанут стрельцы, – ответил старший. – Летом надо нам было еще держаться, а весной не поднять. Теперь долго силы копить. – Да и вы бы смирились, – сказал Павлик Тетеря, – не ныне, так завтра найдут. Что за корысть, коль повесят? – Один за всю землю не встанешь, – поддержал его старый стрелец. – Ну, будешь разбойничать, ну, дворян погубишь десяток, а толку что?! Без города, без стрельцов воевать на дворян не ходи: они дружны и ратное дело знают… – А коль мы отобьем из съезжей избы Гаврилу с Михайлой, Томилу, Козу да иных, да учиним на дворян ополченье, как Минин-Пожарский на ляхов, да сызнова город подымем? – сказал Иванка и выжидающе поглядел на стрельцов. – Не вздынешь, – твердо ответил старик. – Крестьяне жить привыкли погост от погоста семь верст… Ты их не собьешь в ополченье ...»