Мировое искусство. Мастера итальянского возрождения

В тонком, жадно-вытянутом теле плясуна такая безмерная воля к полету, что, кажется, во всем мировом ваянии нет ничего подобного (Drerup, 105). XXIX Здесь, на Крите, человек впервые увидел облака, в их тоже «летящем беге», и остановил его, изобразил: этого уже никто не посмеет сделать, до мастеров Итальянского Возрождения (Формаковский, 208). И никто уже не изобразит листьев болотной осоки так, что, глядя на них, кажется, слышишь ночной в них шелест ветра. Оттиск на одной печати изображает ствол облетевших осин, склоненных ветром над водною рябью затопленного луга, с уныло торчащими кольями упавшего плетня, и кажется опять, глядя на эти осины, слышишь свист и вой осеннего, может быть, потопного ветра с дождем, в наступающих сумерках (Evans, 697). Эта, уже наша, новая, европейская динамика противоположна всей древней, восточной статике вавилонской тяжести и египетской недвижности. Воля Египта остановить вечность в мгновении; воля Крито-Эгеи, будущей Европы, а может быть, и бывшей Атлантиды,P окрылить мгновение в вечности ...»