Журнал взаимосвязи логопеда и родителей, А4

Там посреди белого линолеума лежал светлый палас, и, нервничая, Валин муж маршировал по комнате, каждый раз выходя из тапочек при шаге на палас и входя в них, возвращаясь с паласа. В этом был такой автоматизм, что мы с Лариской даже не прыснули, а сжалились. — Я, как понимаете, по старому поводу, — сказала я. — Мне кажется, мы с вами мешаем их счастью и желанию быть вместе. — У нас всё хорошо. Моя Валя с ним давно не встречается, она его имя уже забыла. Вы хотите от него избавиться, но мы тут ни при чём, — возмутился Валин муж. Я протянула журнал и записку. Он позеленел, съёжился. Журнал был его родителей, с номером и квартирой на обложке. Он позвонил Вале на работу, что-то вякнул высоким голосом, но, видимо, там была абсолютная монархия, потому что через две минуты он уже оправдывался, а через три боязливо протягивал трубку мне. — Вы непорядочная женщина! — заорала Валя из ДЕЗа, в котором теперь трудилась и из которого звонила утром, подзывая моего мужа к телефону. — Немедленно вон из моего дома, иначе я вызову милицию! Что вы не даёте людям жить спокойно? — Не надо орать, — попросила я. — Я не желаю вам ничего плохого, верю в то, что вы любите моего мужа, и всеми силами способствую вашему счастью ...»