Жил на свете слоненок

ПОСЛЕ ЧТЕНИЯ СТАРИННОЙ ФИЛОСОФСКОЙ КНИГИ То, что вчера еще жило, светясь Высокой сутью внятного ученья, Для нас теряет смысл, теряет связь, Как будто выпало обозначенье Диеза и ключа, – и нотный ряд Немотствует: сцепление созвучий Непоправимо сдвинуто, и лад Преобразуется в распад трескучий. Так старческого облика черты, Где строгой мысли явлен распорядок, Лишает святости и красоты Дряхленья подступающий упадок. Так в сердце радостное изумленье Вдруг меркнет без причины и вины, Как будто были мы уже с рожденья О всей тщете его извещены. Но над юдолью мерзости и тлена Подъемлется, в страдальческом усилье Высвобождаясь наконец из плена, Бессмертный дух и расправляет крылья. ПОСЛЕДНИЙ МАСТЕР ИГРЫ СТЕКЛЯННЫХ БУС Не выпуская из руки прибор, Сидит он, горбясь. И война и мор Прошлись окрест, так странен и печален Развалин вид, и виснет плющ с развалин. Пчелы вечерней медленное пенье Легко дрожит, – покой и запустенье!.. А он стекляшки пестрые подряд Перебирает, ловкою рукой Их по одной располагая в строй, Игрой назначенный, в разумный ряд ...»