Календарь на гребне с ригелем "Чудеса света", на 2015 год

Смотрю на весь левый бок улицы, так и иду с (повернутой?) шеей. И здание то же самое, и за ним никаких лавочек, потому что конец улицы, это здание конец бульвара. Я пошла не на тот бульвар и, ничего не узнавая, шла по чужой улице, когда это была моя, по которой хожу сентябрь конец апреля, семь с половиной месяцев в каждый день по 23 раза, и по которой знаю все, которую всю знаю наизусть. PА то голое здание был угол лицея, мимо которого 7 1/2 месяцев. О, Боже, Боже! Думаю и боюсь, что так же сразу забуду не узнаю землю: собственных стихов и рук может быть, уже не узнаю. Дело не в благодарности (беспамятности), благодарнее меня нет a в неуверенности ни в чем достоверном, в отродясь потерянном чувстве достоверности, в чувстве исправления, в неудивлении чудесам: а если я вдруг, идя, полечу не удивлюсь, а узнаю, что не может быть раз все это есть что нет того света: я сама уже тот свет, с его чувствами. Не может быть,P раз все это есть не быть того света. 1940 год Возобновляю эту тетрадь 5-го сентября 1940Pг. в Москве. 18-го июня приезд в Россию. 19-го в Болшево, свидание с больным С<ережей>. Неуют. За керосином ...»