Часы настенные "Elapse" (белые)

Люди тянутся к ней и любят ее. А для меня сегодня она одна из тех немногих, кто помогает держаться в жизни. Миша понимал, как ему повезло. Был трудным, но обожающим мужем. Среди всех авторов воспоминаний о Гердте в этой книге Михаил Григорьевич Львовский занимает особое место — он был самым давним и близким другом Зямы, они были соавторами, написав пьесу в стихах «Поцелуй феи» и пьесу «Танцы на шоссе» (обе были поставлены в театрах, но вскоре запрещены). О Мише — поэте, драматурге, человеке — замечательно написал Исай Кузнецов, стариннейший друг Миши и Зямы, и поэтому я хочу, с разрешения автора, привести здесь его рассказ о Мише. Пусть читателя не удивит, что слово о Львовском пространнее, чем Мишино о Зяме. Мне кажется, что для понимания того, как Гердт стал таким, каким мы его знаем, очень важно видеть человека, сыгравшего в его жизни и работе роль, сравнимую с ролью родителей. Итак: Исай Кузнецов ВАГОНЧИК ТРОНЕТСЯ — ПЕРРОН ОСТАНЕТСЯ На Тихорецкую состав отправится, Вагончик тронется — перрон останется, Стена кирпичная, часы вокзальные, Платочки белые, глаза печальные… Из пьесы М ...»