Турка "Барс" медная КО-2606

Священника поддерживали под руки два янычара. Казалось, насильственно поставили на ноги труп. Глаза его были закрыты, на губах выступила кровавая пена. Оттого что он прятался в дупле трухлявого дерева, вся его одежда была словно осыпана опилками. Взрывом повалило дерево, и отца Габора выбросило из дупла. Султан велел привести к себе всех троих. Он сошел с коня. Вместо стула солдаты поставили на землю большой медный барабан. За неимением ковра один из старших офицеров покрыл его своим синим шелковым кафтаном. Но султан не сел. — Кто вы такие? — спросил он Тулипана, глядя на него в упор. И по лицу и по оковам султан признал в нем попавшего в рабство турка. — Я раб, — ответил Тулипан, стоя на коленях. — Видишь сам, отец правоверных: вот они, оковы на моих ногах. Не то я был бы уже янычаром. Зовут меня Тулипан. Я прах твоих высочайших ног. — А кто этот щенок? Гергей, сбитый с толку всем происшедшим, стоял, уставившись на султана. Он впервые видел перед собой карие глаза, размалеванное лицо и горбатый нос владыки миллионов людей, который лишь случайно не взлетел в турецкий рай. — Приемный сын Балинта Терека, — ответил Тулипан подобострастно. — Энингского пса?[20] — Его самого, ваше величество ...»