Песочная картина "Дед Мороз"

Весь центр - в дыму, как в тумане. Все заводы и учреждения уже эвакуировались. Над головой кружит черный пепел от сожженных бумаг: жгут архивы! - Знакомая картина! - вздохнув, заметил Ковпак. Коренев молча кивнул и продолжал рассказ. - Проводилась уже эвакуация тылов армии, которая обороняла город. Мне удалось разыскать только начальника Сумского областного управления НКВД Шраменко. Он, понятное дело, очень интересовался нашими партизанскими делами. Я рассказал ему все о фашистском тыле. Его это, видно, за душу взяло. Он старался всеми силами раздобыть для нас рацию, но в суматохе, когда все уже отступали, где ж ее возьмешь? О том, как опасно было переходить, притом дважды, линию фронта, Дед Мороз не упоминал: народная трагедия была так велика, что о своей жизни не думалось. - Ну, а с партийными органами ты связался, Ильич? - живо поинтересовался Руднев. В глазах его светилась надежда. - Ведь главное, чтобы о нашем отряде знали там, на Большой земле! - Как там наши? - почти одновременно с комиссаром спросил Ковпак ...»