Кровать детская "Babi Bianca", белый

Она швыряла в замерзшие окна пригоршни сухого снега, подолгу выла в извилинах дымохода. Аргусу в этом чудилось издевательство и вызов, мышцы напрягались, торчком становились острые уши, стягивало кожу спины, отчего дыбилась черная хребтовая шерсть. Он вскидывал голову, смотрел в сторону печи мрачными темными глазами, обведенными кольцами ярко-рыжей шерсти; бахромчатые губы его приподымались, обнажая влажные изогнутые клыки, в горле начинало клокотать от нарождающегося рычания. Но в горнице все было обычно: шипела карбидная лампа, синее маленькое пламя освещало кровать гору подушек, кружевной белый подзор, свисающий до самых половиц. Хозяин по обыкновению лежал на кровати. Ноги в тускло блестящих сапогах на постели, в свесившейся руке сигарета. Рядом с рукой табуретка. На ней пузатая темная бутылка и стакан. Тошный запах карбида, табака, винного перегара. И Аргус снова опускал голову на передние лапы. Здесь, внизу, запахи были слабее и не так досаждали ему. Он медленно закрывал глаза, начинал дремать. Аргусу было пять лет ...»