Термос "Mayer & Boch" (с 2-мя кружками), 1 л

На полпути я его уронил и получил таким образом возможность перевести дух. Старик что-то раздраженно проворчал, но я оглянулся и увидел далеко внизу обеих лошадей. Они вернулись на отмель и затеяли игру – тяжело гонялись друг за другом, разбрызгивая воду. Темный обрыв служил отличным фоном для этой картины, подчеркивая серебряный блеск реки, бронзу и золото деревьев, сочную зелень травы. Во дворе фермы Джон неловко остановился. Он раза два кивнул, сказал: "Спасибо, молодой человек", резко повернулся и ушел. Я с облегчением укладывал ящик в багажник и вдруг увидел работника, который окликнул нас, когда мы шли к реке. Он устроился в солнечном уголке за кипой пустых мешков и, все так же сияя улыбкой, доставал из старого армейского ранца пакет с едой. – Пенсионеров, значит, навещали? Ну уж старый Джон туда дорогу хорошо знает! – Он часто к ним туда ходит? – Часто? Да каждый божий день! Хоть дождь, хоть снег, хоть буря, он туда ходит, ни дня не пропустит. И обязательно чего-нибудь с собой прихватит – мешок зерна или соломки им подстелить. – И так целых двенадцать лет? Он отвинтил крышку термоса и налил себе кружку чернильно-черного чая. – Ага ...»