Антиперспирант аэрозоль "Rexona. Свежесть душа", 150 мл

В начале 1837, император, приняв решение не возвращать «Виксен», ожидал возможного объявления войны со стороны Англии. Генералу Муравьеву, вызванному из Новороссии в Петербург, Николай сказал: «Не полагаю англичан столь глупыми, чтобы начать войну изъ-за этого дела; но еслиб они ее затеяли, то тебя я перваго пошлю с войсками в Проливы, почему надобно держаться в этой готовности, чтобы можно было выступить в 24 часа. Все зависет от быстроты. Ты поедешь морем, а между тем, часть твоего корпуса двинется сухим путем, и мы эту часть усилим твоими резервами и запасными баталионами. Если же б англичане вздумали сюда показаться, то ручаюсь, что ни один из вышедших на берег не сядет обратно на суда. Вот вам будет случай заслужить георгиевских крестов и нижним чинам и офицерам. Тебе надобно будет действовать вместе съ Лазаревым, душа в душу.»[150] В это время Лондон решает, что шансов на военную победу у него кот наплакал, ввиду отсутствия твердых союзников и решительности русских. В самом деле, англо-русская война в это время с большой вероятностью принесла бы России успех ...»