Доска разделочная "Натюрморт", 37,5х25 см

На этот раз я привез ему свежую буханку ржаного литовского, и пока он не потянулся за ножом, все боялся, что и мое приношение к столу он подвергнет мумификации - вместо того, чтобы съесть вместе с гостем. Энтомолог? Гербарист? Алхимик? Алиса в Зазеркалье? Шемякина странным образом влечет к себе мир тлена и разрушения, и когда я ему сказал об этом, он подтвердил: в качестве художественного объекта, только что сорванному с дерева яблоку он предпочтет иссохшее, с трещинами, как старческие морщины. "Мертвая природа" Шемякина - это как бы удвоенный натюрморт, смертный предел изображенного объекта, вечный покой. В любой жанр Шемякин норовит вставить натюрморт. Даже в памятник Казановы вмонтировал мемориальную композицию с медальонами, раковиной, ключом, двуглавым орлом, сердцами и русскими надписями и назвал ее "магическая доска Казановы". Ее метафорическая и эротическая символика поддается расшифровке, но сами предметы и их распорядок на доске завораживают зрителя. Как он чувствует и передает в бронзе фактуру - кожаного кресла, черепной кости, бутылочного стекла, мясной туши, стального ножа, черствого хлеба, оригинал которого вывез в 1971-ом из России и хранит до сих пор, удивляясь, что затвердев, как камень, хлеб сохранился ...»