Карандаши акварельные "Енот в Карибском море", 18 цветов

Э: Да, следом они могут заговорить о "Чертовой Башне" в Карибском море и не представлять, каким образом вы им внушили эту ассоциацию. Но вы знаете, как вы это сделали, а они никогда сознательно этого не распутают. Их сознание сделало поправку для их сознательного разума, но бессознательное все слышало. Р: Ваша оговорка осталась внедренной в их бессознательное, стремясь к выражению. Э: Она помещена там, в их бессознательном, и вы можете продолжать разговаривать и вести беседу таким образом, чтобы разговор о полевых цветах заставлял вспомнить пифагоровы штаны и Чертову Башню в Карибском море.[6] Этот несколько экстремальный пример можно характеризовать как помещение ассоциаций в бессознательное пациента, что затем Эриксон дает бессознательному возможность утилизировать их своим собственным способом. Более простой прием — это обычное для Эриксона использование пауз, которыми он разбивает структуру своих предложений на фразы, каждая из которых может иметь свое собственное значение, часто абсолютно независимое от значения предложения в целом ...»