Свекровь по вызову

При этом он не забывал «приударять за дамами» одно нисколько не мешало другому, тем более что Анжу все еще был без ума от Марии Клевской, красавицы-принцессы, супруги Генриха де Конде, сына Людовика I. Наконец строгая мамаша Жанна д'Альбре прибыла без сына в Блуа. Здесь она выторговала фантастическое приданое для своей будущей невестки: города Ажан и Кагор, не считая трехсот тысяч экю. Екатерина верила, что очаровательная Маргарита заставит будущего зятя перейти в католицизм. Тем более что для него это означало бы всего лишь возврат к вере своего детства. Марго с первых же слов обрезала Жанну д'Альбре, едва та лишь заикнулась о переходе невестки в протестантизм: PВсем известно, к какой религии я принадлежу! В свою очередь будущий Генрих IV не менее тверд и прям: PКакие бы силки ни расставляли король Карл и его мать, в свою веру им меня не заманить. Увы, еще очень далеко до той его знаменитой фразы: «Париж стоит обедни» Раздосадованная крахом своих планов, Екатерина отбросила всякую любезность в обращении с особой, в которой уже было свыклась видеть будущую свекровь своей дочери. «Королева-мать встречает меня в штыки,P жаловалась Жанна сыну.P Она только и делает, что высмеивает меня и искажает мои слова Это чудо, что мне еще удается сдерживать себя, я ведь дала себе обещание никому не показывать свое раздражение Только бы от всего этого не рехнуться!» В глазах Жанны нравы двора Валуа были не чем иным, как вызовом строгой протестантской морали: PКакая мерзость! Здесь не мужчины ухаживают за женщинами, а женщины за мужчинами! Столь же строго судила она и Маргариту: «Я нахожу, что у нее хорошая талия, но уж чересчур она ее перетягивает ...»