Живое кладбище

Защита «высших ценностей» у традиционалистов никак не связывается с местом их воплощения, служением практическому делу, стране, народу. Они предпочитают угодливое любование идеальными воздушными замками. Архитектоника их логических построений без труда выдает в основе своей сугубо семитический монотеизм с его нетерпимостью к любой иной умственной культуре. Во всех писаниях традиционалистов поэтому легко улавливается характерный запах ленивого самодурства восточных монастырей. «В действительности дух современных традиционалистов представляет собой неотъемлемую часть западной торгашеской цивилизации, как музей есть часть цивилизации супермаркетов. Традиционалист это теневая сторона, оправдание, живое кладбище современного буржуа, духовное дополнение к нему, позволяющее ему верить, что можно любить и Нью-Йорк, и телевизионные фельетоны, и рок, лишь бы у тебя был «внутренний мир». Традиционалисты выступают глашатаями «регрессивной утопии», покрытой туманом неизвестно какой первоначальной Традиции. Генетическую слабость своей конструкции, согласно меткому замечанию Гийома Фэя, они все время пытаются спрятать под помпезным лозунгом некоего «особого, третьего пути», при этом их взгляд на мировую историю убого линеен, что еще раз связывает его мировоззрение с маргинальными постулатами христианского обскурантизма. «Как иудео-христианство, только на иной манер, традиционалист говорит «нет» миру и тем самым выступает против традиции собственной культуры ...»