Две судьбы - 4

Еще два часа уходят на фиксацию. С "древа жизни" павсегда снята удавка. И ради этого, считай, две жиэнп прожито, две судьбы, а может, и того больше. А на "снежных человеках" теперь костюмы цвета подталого серого снега. Такой снег бывает весной. А может, и в самом дело уже весна? Тополь бьется ветвями в окно. То ли обмерзли, то ли набухли почкп. Потом я захожу в палату, долго стою, слушаю ровное глубокое дыхание Ивана Васильевича. Глазами говорю Павлу Фсдотовичу: "Спасибо, дед". Выхожу во двор. И у салюго входа в отделение на лавочке вижу синий комочек. Конечно, Анна никуда пе ушла. Она чутко обернулась на мои шаги, прислушиваясь ко всем шорохам на земле, к себе. "Что же сейчас произошло?" И мне, как в первую встречу, показалось, она сама знает ответ, только не смеет произнести его вслух. - Это было очень трудно? Тут, как из-под земли, вырастает Павел Федотович. Его дрожащие пальцы трепещут у висков: - Считайте, что сегодня он слетал в космос. Противный дед. Никакой конспирации. Мы смотрим ему вслед. Сутулым от усталости плечом он толкнется о ствол тополя, смешается, улыбнется своей неловкости ...»