Азбука доброты

Это была сильная женщина, кумир всего экипажа. Она была настоящим другом, редкой доброты, ума и такта... И, сжав руками словно инеем подернутые виски, резко добавил: - Прошу вас, ничего больше не спрашивайте! Больше к этой теме мы не возвращались. Но когда я задал вопрос о надежности корабля, Конрад сразу приободрился: - Корабль был хорош. Мы неоднократно попадали в сильные сжатия, однако нашу "Аннушку" как яйцо выпирало из ледяных валов. Нет, ее не могло раздавить. Только пожар мог ее уничтожить. А ушли мы, чтобы дать возможность просуществовать оставшимся до выхода на чистую воду. Больше он ничего не сказал, а на следующий день ушел в свое очередное плавание. Прощаясь, я сказал: - Напишите о вашем походе. Об этом нужно знать нашей молодежи. Покачав головой, он ответил: - Не сумею, да и зачем? Валерий Иванович все описал в своем дневнике, и книга уже вышла в семнадцатом году. Мы договорились встречаться. Но полеты отнимали все мое время, а через два года Конрад умер. Более сорока лет работая в Арктике на ледовой разведке и в высокоширотных экспедициях, неоднократно пролетая по маршруту похода Альбанова, с чувством величайшего уважения мы вспоминали этот трагический поход, склоняя голову перед мужеством людей, преодолевших враждебные силы ледяной стихии ...»