Это мой малыш!

Отдохнули минут десять, оценили обстановку. Решили основаться наверху, на опушке, где небольшая поляна делила лес пополам. Уставшие, голодные, в мокрых и вонючих от пота "камках", мы принялись за окопы. Три рядя окопов, вырытых в круговую по всему периметру вершины горы, устроили командиров и нам, в конце концов, разрешили поспать. По любым законам природы мое, ломившее от усталости тело должно было погрузится в сон через секунду после команды "отбой!", но оно упорно отказывалось подчиняться приказам мозга и исступленно таращило глаза в черную кавказскую ночь. Нашелся еще один, мучающийся от бессонницы, боец. Он подполз поближе ко мне и, шепнув: "Это я, Малыш", лег рядом. Тишина, темнота, жуть. Лежим и, чтобы не боятся, начинаем разговаривать. Вспоминаем дом, родителей, друзей, делимся впечатлениями о службе. Вдруг, почти одновременно, мы вскрикнули и затихли. Показалось, что кто-то медленно движется по направлению к нашей траншее. Точно, это часовой, испугавшись одиночества, покинул свой пост и подполз к нам ...»