Коврик-пазл "Океан" (180х120 см)

Прежде рука моя всегда лежала на Коране, но теперь она держит флягу Любви. Мои уста исторгали одни слова прославления, но теперь для них остались только стихи и песни». Любовь к поэзии появилась перед Руми не в образе неземной красавицы, а в виде духовного наставника. Некий внутренний голос призвал его не быть слепо привязанным к молитвенному коврику, а обратить внимание на жизнь, поэзию и любовь. Можно сказать, что Тебризи сыграл роль волшебника, избавив Руми от «оков» аскетическо-религиозного бытия, безусловно, зачастую ограниченного. С.PНаср скажет о трансформации суфия Руми в поэта: «Кажется, Шамс ад-Дин стал воплощением божественного духовного импульса, который в определенном смысле «выявил» в поэтической форме потенции внутреннего созерцания Руми и привел океан его существа в движение, породившее мощные волны, которые изменили историю персидской литературы». До конца жизни он продолжал преданно служить поэзии (1273). Когда Шамс ад-Дин, «Солнце религии», исчез (говорят, он был убит приверженцами), в сердце Руми солнце поэзии светить не переставало ...»