Революция сочувствия. 30 дней жизни по велению сердца

В тринадцать лет испытал все тяготы "блатной" жизни и тумаки базарных торговок. А в пятнадцать молодой слесарь-инструментальщик познал радость полета. Мать гордилась "старшеньким", но самолетов боялась, как огня. Умоляла сына быть кем угодно, только не летчиком. Но может ли что-нибудь противостоять велению сердца? В семнадцать лет Коля Яковлев был уже военным летчиком. А в девятнадцать... Над аэродромом прогудело звено "мигов". Развернувшись, истребители спланировали прямо над нашими головами. От взвихренного воздуха пригнулись кусты. - Атрашкевич с разведки прилетел, - сказал Степан Комлев, наблюдавший за посадкой летчиков. - Пойду разузнаю, что новенького. - С кем он летал? - полюбопытствовал я. - Летуны у капитана постоянные: Макаров, Дьяченко. - Пойду и я... - поднялся из-за стола Яковлев, - он чуть не сказал "к своему самолету". - Обещал технарю подсобить, мотор опробовать. Каждому хотелось утешить Николая, чем-то помочь ему. Но чем? Кондратюк протянул портсигар: - Колька, твоя любимая марка. - "Чужие"? Ну что ж, давай.- Яковлев горько улыбнулся и медленно пошел к стоянке ...»