Медведь и лиса

Возьмете ли вы, хотя бы в извлечениях, Гоголя, Пушкина, Достоевского, наконец, полузабытых-полунепонятых глубокомыслящих славянофилов - всюду находите все то, что так спешно нужно для целений сердца народа. Отрывки Гоголя, или листы дневника писаний Достоевского, или мысли Леонтьева, Хомякова и всех, кто доброжелательствовал России, - как всегда свежи эти мысли, ибо они рождались из великой самоотверженной любви ж стремились помочь народу в трудных его путях. Правильна мысль таких общедоступных книжек и потому, что им нужно сейчас проникнуть в самые глухие и удаленные места, где в ожидании трепещут сердца и в рассеянии сущих, и угнетенных, и обездоленных, и все же горящих великою любовью к строению. В одном текущем месяце кроме названных сказок изданы еще восемь народных русских сказок: про волка, медведя, лисичку-сестричку, про козу и козлят, про журавля и цаплю, про кота да петуха, про муху, про репку; а к двадцатому января уже успела выйти и "Шинель" Гоголя - одно из необыкновенно проникновенных, хотя и не всегда понятных творений великого мастера ...»