Мертвые души. Ревизор. Повести

Идейное содержание творчества Гоголя неизмеримо глубже, чем то, каковое приписал ему, не понявший его истинный мистически-философский смысл Белинский, и, следовавшие за ним, критики из лагеря интеллигенции. Философские рассказы Гоголя предваряют появление философских романов Достоевского. "...в русской литературе, - указывает Л. Шестов в "Преодоление самоочевидностей", - Достоевский не стоит одиноко. Впереди его и даже над ним должен быть поставлен Гоголь". "Не в одной России, а во всем мире увидел Гоголь бесчисленное множество "мертвых душ". "Но Гоголь не о России говорил, - пишет Л. Шестов, - ему весь мир представлялся завороженным царством. Достоевский понимал это: "изображая Гоголя, - писал он, - давят ум непосильными вопросами". Там, где для Белинского и белинских был "реализм" и "сатира" там, для Достоевского, понимавшего истинный смысл гоголевских образов - была глубокая мистика и философия, которая давила ум, даже Достоевского, "непосильными вопросами". Русская интеллигенция истолковала творчество Гоголя самым примитивным образом, в духе выгодном для политических целей Ордена Р. И.: "Мертвые души", "Ревизор" и другие произведения - это, де, точное изображение Николаевской России - и ничего больше. Но Л ...»