Пластиковая форма "Кленовый лист"

Пустота кленового листа это также форма; в действительности он не пуст. Пустота мусорной кучи это также форма. Стараться видеть эти вещи пустыми значит тоже облекать их в понятия. Форма возвращается. Было бы легко устранить все понятия и прийти к заключению, что все есть просто то, что есть. Это могло бы быть выходом, другим способом самоуспокоения. Нам нужно по-настоящему чувствовать вещи каковы они есть, качества, образующие кучу мусора, качества, образующие кленовый лист, свойства, выражающие сущность вещей. Нам нужно почувствовать их как следует, а не просто набросить на них завесу пустоты; это нам никоим образом не поможет. Мы должны видеть «суть» того, что существует, сырые и грубые качества вещей, в точности такими, каковы они есть. Это очень точный способ видеть мир. Таким образом, мы сначала стираем все наши тяжеловесные предварительные понятия, затем стираем даже тонкости таких слов, как «пустой», и это оставляет нас «нигде» полностью с тем, что есть. В конце концов мы приходим к выводу, что форма это просто форма, а пустота это просто пустота; в сутре это описывается как видение того факта, что форма ничто иное как пустота, а пустота ничто иное как форма; они неотделимы ...»