Подвеска "Цепочка"

Его младший брат Парфен, наоборот, очень словоохотливый, привез из Италии иные впечатления о женихе сестры: — На каждом походе ему в шатер свежую пленницу бросают… Он не заснет без новой женщины! — Молчите, молчите, молчите! — затопала на них Манефа, срывая с себя подвески и цепочки. — Молчите, а то я всех вас разом удавлю! Фиалка пропадал невесть сколько и вернулся, когда уже Теотоки объявила себя выздоровевшей. Она выслала любопытных Хрису и Бьянку, и гном безъязычный принялся докладывать. Сначала натужно шагал посреди комнаты, изо всей силы двигал локтями, изображал страдальческое лицо. — Ты долго искал, тебе было трудно, — перевела Теотоки. — Знаем, знаем, шагай дальше. Да не старайся меня позабавить, развлечь, как больную, я в этом не нуждаюсь. И вдруг гном Фиалка ухитрился сделать маленькие-премаленькие глазки, надул щеки, презрительно растопырил губы, а пальцами рук изобразил над головой вроде бы зубцы короны. — Маруха? — сердце бедной невесты упало в пропасть безнадежности. А галерея персонажей продолжалась: вот в исполнении гнома идет-бредет старушка в длинном балахоне, в причудливом чепце, а вот варвар-гвардеец со зверски оттопыренной челюстью ...»