Коврик с дугой "Винни Пух и все-все-все"

Ляжет, бывало, Леда грудью на воду, поставит два крыла парусами, и кажется -- впрямь лебедь плывет. А как выйдет на берег, встряхнется, спустит небрежно крылья с плеч пуховой шалью, закутается в нее -- и вот уже не лебедь перед тобой, а дева. И откуда только вышла она такой? Из жемчужины, что ли? Ляжет под платаном -- новое диво: справа подойдешь -- лебедь дремлет, слева подойдешь -- девушка на коврике из лебяжьего пуха нежится; и все тело ее словно в золоте текучем выкупано. А не то стоит Леда над рекой и поет. Крутом рыбы застыли стаями: слушают песню. Кончит она петь, и унесут рыбы ее песню в речную глубину, и будет эта песня Леды еще долго переливаться на их чешуе, играя невиданными на земле красками. Долго летал над землей серебряным лебедем Аполлон, отвергнутый нимфой Марпессой, и увидел он с неба дремавшую под деревом лебединую деву. Слетел к ней юный бог. И с той поры часто посещал Аполлон Леду в образе чудного лебедя. Жил тогда близ Кихреи титан-великан Левкипп, славный белыми конями, и нашел он как-то спозаранку на берегу большое серебряное яйцо, такое яйцо, что и жеребенок мог бы из него вылупиться, а не только лебедь ...»