Деятельность и переписка Державина во время Пугачевского бунта

Но Вальтер Скотт сам приобрел гравированный портрет русского партизана, черного капитана, как звали его в Англии. Портрет этот, писал Давыдову Вальтер Скотт, висит в моем кабинете оружия, над предметом весьма для меня драгоценным: это меч, завещанный мне предками, который в свое время не оставался в праздности, хотя три последние миролюбивые поколения нашего племени и вели жизнь спокойную. Пушкин, Жуковский, Языков, Вяземский и многие представители русской литературы находились с Давыдовым в дружеской переписке. Посылая ему историю Пугачевского бунта, Пушкин писал ему между прочим: Тебе певцу, тебе герою!Не удалось мне за тобою,При громе пушечном, в огне,Скакать на бешеном коне.Наездник смирного пегаса,Носил я старого ПарнасаИз моды вышедший мундир ...Но и на этой службе трудной,И тут, о, мой наездник чудный.Ты мой отец и командир.Вот мой Пугач: при первом взглядеОн виден: плут, казак прямой;В передовом твоем отрядеУрядник был бы он лихой! Наступил 1839 год. Россия готовилась, к торжественному открытию Бородинского памятника ...»