Народные подвижные детские игры: Современный фольклорный сборник

В итоге мифы постепенно превращались в народный героический эпос и сказки, ритуал загадывания космогонических загадок в состязание в находчивости, остроумии, словесной бойкости и в конце концов стал развлечением, детской забавой; молитвы, гимны, погребальные плачи трансформировались в песенную и лирическую поэзию; аграрные календарные обряды во фразеологию, народные приметы, детские игры в пейзажную лирику; заговоры в те же приметы, считалки да в приговорки с забытыми мотивировками, как, например,P «с гуся вода, а с тебя худоба». Особенности фидеистического общения и сам феномен фидеистического отношения к слову позволяют многое понять как в содержании устного народного творчества, так и в закономерностях его жанровой эволюции. Во-первых, вера в магические возможности слова отразилась в самом содержании фольклорных произведений во множестве мотивов, образов, сюжетных поворотов. Достаточно вспомнить «По щучьему веленью, по моему хотенью», или «Сим-сим, открой дверь!», или нечаянное «Ох!» притомившегося путника и вдруг неизвестно откуда взявшийся дедок по имени Ох, или чудесное зачатие от слова, или волшебную книгу, из которой по зову героя появляется дюжина молодцов-помощников, или книгу, в которой Бог подземного царства делает отметки о душах умерших Во-вторых, вера в магические возможности слова, а затем ослабление этой веры преобразовывали характер мифолого-фольклорной коммуникации: в ней утрачивались черты, которым приписывалось магическое значение ...»