Стакан для чая "Keyif", 145 мл

Призрачная надежда спасти свою жизнь и, главное, жизнь близких, наверное, могла побудить обреченных людей выучить назубок свою роль и отбарабанить на открытом заседании признания-самооговоры. Но как можно было отрепетировать шутки, которые то и дело звучали из уст обвиняемых? Особенно много острил Карл Радек, политик, писатель и журналист -наиболее колоритная фигура процесса. Фейхтвангер наблюдал за ним с жутковатым интересом -- безобразное худое лицо, обрамленное каштановой бородой, очень хладнокровный, зачастую намеренно иронический. Выступая, он немного позировал, показывая свое искусство актера -- надменный, ловкий, литературно образованный. Он то ударял газетой о барьер, то брал стакан чая, бросал в него кружок лимона, помешивал ложечкой и, рассказывая о чудовищных делах, пил чай мелкими глотками. Вот отрывок из стеннограммы, опубликованной в "Правде". Главный обвинитель Вышинский спросил: "Эти ваши действия были сознательными?" Радек хладнокровно ответил: "Я в жизни несознательных действий, кроме сна, не делал никогда" (Смех в зале) ...»