Цветок душевного стриптиза

Брат Владимир пытался связаться, но ему также не удалось». «Могли вы с братом уничтожить головку белогвардейского командования?» «Несколько генералов можно было убить, Май-Маевского и других. Но брат от этого отказался, говоря, что вместо одного генерала будут другие». (К моменту ареста Макарова, его брат давно уже был расстрелян белыми: на мертвых очень удобно валить.P Примеч. авт.) «Почему вы не пытались создать подпольные революционные группы в войсках белой армии?» «Этого было сделать невозможно, потому что при штабе находились преданные белогвардейцы». «Начинающий и полностью изолированный от своих конспиратор-одиночка» так назвал себя сам Макаров на допросе, более напоминающем сеанс душевного стриптиза. Выйдя на свободу (его выпустят в 1939-м, во время короткого потепления), об этих признаниях он забудет напрочь. В аннотации ко второму изданию книги, явно не без его участия будет написано: «В 1919 году П. В. Макаров проник в штаб белогвардейской армии для организации подпольной борьбы против врага». Скромность, вообще, не была его отличительной чертой ...»