Мой веселый дневник. Записывай секреты вместе с Олафом

Но она все эти годы незримо присутствовала в моей жизни. Ведь она была первой женой Гумилева, и он постоянно рассказывал мне о ней, начиная с их общих царскосельских гимназических воспоминаний, о которых она писала: В ремешках пенал и книги были.Вместе возвращались мы из школы.Эти липы верно не забылиНаши встречи, мальчик мой веселый.Только, ставши лебедем надменным,Изменился сизый лебеденок.А на грудь мою лучем нетленнымГрусть легла, и голос мой незвонок. Анна Андреевна, — говорил мне Гумилев, — почему-то всегда старалась казаться несчастной, нелюбимой. А на самом деле, Господи! как она меня терзала и как издевалась надо мной. Она была дьявольски горда, горда до самоуничижения. Но до чего прелестна, и до чего я был в нее влюблен! Я уверена, что Ахматова была главной любовью Гумилева и что он до самой своей смерти — несмотря на свои многочисленные увлечения, — не разлюбил ее. Уверенность моя основана на его рассказах о ней и, главное, на том, как он говорил о ней. Не только его голос, но даже выражение его лица менялось, когда он произносил ее имя ...»